Раздел "Блоги" доступен только зарегистрированным членам клуба "Избранное".

Станислав Лем: «Люди не хотят жить вечно, люди просто не хотят умирать»

Загрузка
2041
Станислав Лем: «Люди не хотят жить вечно, люди просто не хотят умирать»


Станислав Лем (1921-2006) — польский философ, футуролог и писатель. Его книги переведены на 41 язык, продано более 30 млн экземпляров. Автор фундаментального философского труда «Сумма технологии», в котором предвосхитил создание виртуальной реальности, искусственного интеллекта, а также развил идеи автоэволюции человека, сотворения искусственных миров и многие другие. Ниже размещена беседа писателя с корреспондентом журнала «Огонек» Владимиром Тихомировым. Текст приводится по изданию: «Огонек», 2005. № 6.


— Пан Станислав, ученые обещают вот-вот приблизиться к разгадке бессмертия человека. Возможно ли это?

— Нет, в земное бессмертие я не верю. Мы не созданы для бессмертия. Новорожденный, который появляется на свет, уже закодирован так, что должен умереть. Жизненные процессы необратимы, они приводятся в движение обменом веществ, который, по сути дела, является процессом холодного сжигания, а каждое сожжение всегда оставляет пепел, сажу и в конце всегда ведет к выгоранию. Поэтому очень трудно представить себе бессмертие как поворот вспять течения нормальных метаболических процессов и нарушение основополагающего закона эволюции — непрерывной «смены» организмов, служащих для передачи генов. Да, мы можем сгорать медленнее, можем менять себе сердце, почки, другие органы, но не поменяем себе сосудов мозга.

Даже если бы мы справились с этой проблемой, то мы никогда не изменим того, что человеческий мозг нельзя без конца наполнять новой информацией. Если же его вычистить, то это будет уже не человек, а кочан капусты. К тому же следует помнить, что смерть, будучи гибелью индивидуума каждого вида, одновременно является мотором, приводящим в движение развитие природы. Если бы не было смерти, никто, а скорей ничто, кроме бактерий, не мог бы населять Землю.

— Вы как-то заметили: «Люди не хотят жить вечно, люди просто не хотят умирать». Пан Станислав, можно ли надеяться, что в ближайшее время будут найдены механизмы продления человеческой жизни хотя бы в два раза?

— Ну почему бы и нет? Мой отец умер в 74 года, потому что тогда не было необходимых лекарств. Мне уже почти 84 года. Так что, думаю, теоретически продолжительность жизни скоро дойдет и до ста лет. Однако если можно замедлить процесс старения организма, то говорить об омоложении или о каком-либо существенном увеличении продолжительности жизни нельзя. В основе подобных фантазий лежит ложное и совершенно необоснованное представление, что так называемое омоложение находится в границах нашей науки, а конкретно биотехнологии. Однако, я думаю, если не произойдет резкого перелома в исследованиях, то нет никаких оснований полагать, что человек сможет обеспечить себе значительное продление индивидуальной жизни.

— Почему?

— Я не раз знакомился с различными научными отчетами, согласно которым медицина между 2050 и 2100 годом достигнет такого прогресса, что люди смогут через, скажем, каждые десять лет получать порцию материнских клеток, способных восстанавливать различные органы. Эти клетки находятся в оплодотворенной яйцеклетке, и из них формируется человеческий организм. То есть предполагается, что если ученые уже научились заменять изношенные коленные или бедренные суставы, то в XXI веке станет возможным производство копий человеческих органов с использованием материалов, формирующих органы с точностью до атомной совместимости. Перечень таких микропротезных приспособлений будет вестись от искусственных вен до сетчатки глаза и даже до искусственной памяти, хранящейся в чипах, построенных аналогично нейронам мозга. Я даже читал об исследованиях в американском городе Роквилл, где биотехнологические компании размножаются со скоростью колоний бактерий, а роботизированные лаборатории превращены в нечто, напоминающее автомобильный завод.

В этих лабораториях машины занимаются «расшифровкой» нуклеотидных спиралей человеческого генома. К сегодняшнему дню уже изучено два миллиона генных фрагментов и из них выделено сто двадцать тысяч различных генов, хранящихся в морозильниках. Двенадцать тысяч из них представляют собой «сигнальные молекулы», стимулирующие рост, обмен или смерть других клеток и, следовательно, обладающие особыми свойствами. На их основе, как я слышал, создали лекарства нового типа, которые, впрочем, еще не прошли клинические испытания. Одно лекарство защищает костный мозг от вредного воздействия химиотерапии, другое помогает коже и расположенным под ней тканям быстро восстанавливаться после ожогов, а третье способствует восстановлению кровеносных сосудов. Однако все эти процессы можно свести лишь к замене изношенных элементов ор ганизма новыми. Но чтобы существенно продлить человеческую жизнь, следовало бы изменить биологическую динамику таким образом, чтобы она стала обратимой.

Позволю себе указать только на один несовершенный элемент конструкции человеческого организма. Упругость огромному количеству тканей нашего тела, в том числе и коже, придают эластичные нити коллагена. По мере его исчезновения появляются кожные морщинки, складки, обвислость щек, подкожных тканей. Но эти процессы старения сопровождаются и ослаблением всего костно-мышечного аппарата, состояние которого уже не зависит от сохранения коллагена. Как остановить хотя бы на время эти естественные процессы? Думаю, это возможно только при замедлении обмена веществ на молекулярном, атомном и даже квантовом уровне. В этом случае человек и в пятьдесят лет обладал бы организмом двадцатилетнего. Но как можно остановить обмен веществ, мы сегодня не знаем. Простой тканево-органовой «заплатки» здесь явно недостаточно. Думаю, что исследователям биотехнологий стоило бы обратиться за помощью к квантовой физике, хотя даже и в этой области далеко не все процессы являются обратимыми во времени.
Однако даже если получится обратить вспять обмен веществ, появятся все новые и новые препятствия. Например, искусственно поворачиваемый «против течения» времени мозг должен понемногу терять память. И человек просто исчезнет как личность, хотя как биологический организм уцелеет.

— Тем не менее, пан Станислав, можно предположить, что технологии продления жизни будут в первое время стоить очень дорого — примерно столько же, как сейчас туристические полеты в космос. Как вы считаете, сможет ли омоложение стать новой причиной конфликтов между богатыми и бедными?

— При помощи достижений современной медицины можно уже сегодня значительно продлить жизнь избранных и, прежде всего, богатых персон. Однако сейчас общество на этот факт не обращает никакого внимания — слишком уж много других проблем. Какие угрозы встанут перед человечеством в будущем? Самая главная проблема — это появление нового оружия. В будущем люди не смогут отличить естественные несчастья от искусственных имитаций, вызванных враждебными действиями какой-то страны. Предположим, у американцев или у кого-то еще появится возможность вызвать где-нибудь землетрясение. Пока для этого недостаточно даже термоядерных бомб. А что будет через десять лет, я не знаю. Бритвой можно побриться, но можно и горло перерезать. Все зависит от руки, которая держит лезвие.

— В вашей повести «Возвращение со звезд» вы описали, как людей искусственно лишили чувства агрессии и права быть несчастными. Пан Станислав, не хотелось бы вам, чтобы ученые уже сейчас освоили такую технологию?

— Увы, людей нельзя принудить быть моральными. Или счастливыми. Вот в Польше сегодня все католики. Церковь призывает всех руководствоваться христианскими ценностями, но главная ценность сейчас — это деньги, в том числе и для самой церкви. Поэтому у нас огромное количество бродяг, нищих. Люди крадут, совершают преступления. Раньше, полвека назад, когда я только начинал писать книги, мне представлялось, что человечество будет двигаться вперед столбовой дорогой. Со временем все будет лучше и лучше. Однако теперь вижу, что это не так. Когда кончается полоса каких-либо преград, внезапно появляются новые и новые препятствия. И так без конца. Наверное, это еще одна причина, по которой мы не рождены быть бессмертными. Но если люди очень хотят во что-то верить, разве им можно это запретить?

Фото: Мачей ПЛЕВИНЬСКИЙ/EAST NEWS

Из: philologist
Загрузка
2041
Получайте новые материалы по эл. почте:
Подпишитесь на наши группы